Настроим Ваш бизнес на нужную тональность!

Сделки внутри группы компаний – налоговые риски ценообразования и привлечения финансирования

Налоговые органы обращают пристальное внимание на сделки между взаимозависимыми лицами. Рассмотрим основные налоговые риски ценообразования внутригрупповых сделок между российскими налогоплательщиками, а также налоговые споры, возникающие при внутригрупповом финансировании.

Налоговая инспекция вправе проверить цены по всем сделкам, независимо от того, являются ли они контролируемыми или нет

Арбитражная практика показывает, что цены по внутригрупповым сделкам контролируются проверяющими в следующих случаях:

- при заключении контролируемых сделок (ст. 105.14 НК РФ);

- при заключении сделок, не признаваемых контролируемыми, при наличии доказательств «манипулирования» ценой сделки с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

НК РФ прямо предписывает налоговым органам в рамках ценового контроля анализировать цены только по контролируемым сделкам. А такие сделки российских контрагентов, помимо взаимозависимости сторон, должны превышать суммовой порог, установленный пунктом 2 статьи 105.14 НК РФ.

Например, если арендная плата по договору аренды, заключенному между российскими взаимозависимыми лицами, составляет 15 миллионов руб. в год, стоимостной лимит признания такого договора аренды контролируемой сделкой не достигнут. Это означает, что исходя из ст. 105.14 НК РФ налоговый орган не может проверить размер арендной платы по данному договору на соответствие рыночному уровню.

Так в пункте 5 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 Налогового кодекса РФ (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017 г.) указано, что взаимозависимость участников сделки может послужить основанием для корректировки их доходов по правилам раздела V.1 НК РФ только в том случае, если в отношении этой сделки соблюдается вся совокупность условий, при наличии которых она признается контролируемой. А в п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016) сказано, что  в силу прямого запрета, установленного в абзаце третьем п. 1 ст. 105.17 НК РФ, контроль соответствия цен, примененных в контролируемых сделках, не может быть предметом выездных и камеральных проверок.

С другой стороны, Минфин в Письме от 18.10.2012 г. № 03-01-18/8-145 разъяснил, что сделки между взаимозависимыми лицами можно разделить на контролируемые и иные сделки между взаимозависимыми лицами, цены по которым могут быть также проверены налоговыми органами. Причем Верховный суд не счел, что данное разъяснение противоречит законодательству (решение ВС РФ от 01.02.2016 N АКПИ15-1383). ФНС России в Письме от 16.09.2014 г. № ЕД-4-2/18674@ указала, что НК РФ лишь разграничивает полномочия в части налогового контроля цен в сделках между взаимозависимыми лицами по уровням системы налоговых органов. Так, контролируемые сделки находятся в ведении непосредственно ФНС России (п. 1 ст. 105.17 НК РФ).

В то время как проверить цены по неконтролируемым сделкам между взаимозависимыми лицами вправе территориальные инспекции в ходе камеральной или выездной проверки. Единственное условие для подобного контроля цен – получение сторонами необоснованной налоговой выгоды, в т.ч. в виде «манипулирования ценой сделки». Письмом ФНС России от 25.07.2013 N АС-4-2/13622 "О рекомендациях по проведению выездных налоговых проверок" в п. 1.3.4 прямо предписано налоговым органам, проводящим выездные налоговые проверки, осуществлять контроль соответствия цен рыночным в любых случаях установления фактов уклонения от налогообложения в результате манипулирования налогоплательщиком ценами.

Особенностью налогового контроля за ценами в случаях установления злоупотреблений (манипулирования) ценами является то, что налоговые органы не обязаны доказывать правильность исчисления рыночных цен, как это предусмотрено гл. 14.3 НК РФ. В большинстве случаев для доначисления недоимки налоговым органам необходимо доказать лишь факт получения необоснованной налоговой выгоды, одним из условий получения которой является факт занижения (или завышения) применяемых цен. ФНС России  акцентировала внимание нижестоящих налоговых органов на необходимость проверки цен неконтролируемых сделок (Письмо ФНС России от 23.03.2017 N СА-4-7/5401).

Такой подход налоговых органов, поддерживаемый судами (например, Определение Верховного Суда РФ от 22.07.2016 N 305-КГ16-4920) фактически нивелирует законодательный запрет проверки цен неконтролируемых сделок. Многие суды подтверждают право налоговых органов осуществлять проверку цен по неконтролируемым сделкам взаимозависимых лиц на основании отсутствующего в законодательстве критерия «манипулирования ценой сделки».

Так, в Постановлении 16 ААС от 09.01.2017 № 16АП-4879/2015 суд признал правомерность корректировки цен по договорам поставки между взаимозависимыми лицами при том, что данные договора не являлись контролируемыми сделками. Суд указал на то, что положения статьи 105.3 НК РФ предусматривают общую обязанность всех плательщиков, а не только тех, которые осуществляют контролируемые сделки, учитывать доходы исходя из рыночных цен, совершая сделки между взаимозависимыми лицами.

В ситуации, изложенной в Решении Арбитражного суда города Москвы от 6 марта 2017 года по делу № А40-163997/2016, налогоплательщик сам настаивал на применении норм раздела V.1 НК РФ, когда налоговые органы скорректировали цену неконтролируемой сделки со взаимозависимым лицом по причине манипулирования ценой. Суд же указал, что нормы раздела V.1 НК РФ не применяются при доначислениях по неконтролируемым сделкам и принял сторону налоговых органов, представивших отчет оценщика, подтвердивший завышение цены сделки.

Однако если налоговые органы  не смогут доказать, что взаимозависимость сторон сделки привела к получению ими необоснованной налоговой выгоды путем манипулирования ценой сделки, корректировка цены такой сделки для целей налогообложения может быть отменена судом (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 16.02.2016 N Ф04-28821/2015 по делу N А70-2021/2015).

Чтобы свести к минимуму риск корректировки цены внутригрупповой сделки необходимо установить предел отклонений цен внутригрупповых сделок от рыночного уровня. Например, такой предел можно установить в размере 20%, т.к. именно такое ограничение отклонения цен внутригрупповых сделок от рыночной цены было прямо установлено до 01.01.2012 г. (пп. 4 п. 2 ст. 40 НК РФ). Подтверждением размера рыночной цены может быть отчет оценщика, подборка рекламных объявлений, обзоры рынка, размещенные в сети Интернет или в печати и т.п. (Письмо Минфина России от 29.08.2012 N 03-01-18/6-117). По итогам выполнения предыдущих этапов анализа цена внутригрупповой сделки устанавливается  в пределах 20% отклонения от рыночной цены.

ПРИМЕР

ООО «Компания» предоставляет в аренду нежилые помещения. Арендатором выступает ООО «Столица» (дочерняя компания). Арендная плата составляет 50 тыс. руб. за 1 кв.м. Кроме того, помещения в данном здании предоставляются в аренду иным собственником — ООО «Вегас» по цене 55 тыс. руб. за 1 кв.м. Эту цену аренды можно принять за рыночную. Арендная плата по сделке ООО «Компания» со взаимозависимым лицом установлена в пределах 20% отклонения от рыночных ставок арендной платы. Следовательно, вероятность корректировки арендной платы и доначисления ООО «Компания» налога на прибыль, НДС, пени и штрафов минимальна.

Внутригрупповое финансирование – под прицелом налоговых органов

Кредитование взаимозависимого лица за счет заемных средств привлекает пристальное внимание налоговых органов. Особенно, если процентная ставка по договору, по которому проверяемый налогоплательщик выступает кредитором, существенно ниже процентов, выплачиваемых им, как должником, или, вовсе, равна нулю.

Подобный спор рассмотрел Арбитражный суд Уральского округа в Постановлении от 07.09.2016 № Ф09-8101/16. Суд указал, что операция по предоставлению займа взаимозависимому лицу со ставкой 0,5%, при том, что полученный налогоплательщиком кредит был взят под ставку 15% годовых, не соответствует критериям п. 1 ст. 252 НК РФ, так как не преследует цели извлечения доходов, либо развития совместной с заемщиком производственной деятельности.

В том же случае, если налогоплательщик сможет доказать деловую цель выдачи займа по льготной ставке, расходы в виде процентов по кредиту можно отстоять в суде. Так, налоговые органы сняли из расходов проценты по кредиту, перенаправленному заемщиком аффилированному лицу по договору купли-продажи беспроцентного векселя последнего. Суд поддержал налогоплательщика, указав, что подобное перераспределение кредитных средств позволило ему с помощью партнера-получателя займа решить вопросы по стабильному производству и реализации продукции, сохранить объем выпускаемой продукции и обеспечить доходность предприятия (Постановление ФАС Уральского округа от 01.04.2013 N Ф09-1638/13 по делу N А76-11125/12, Определением ВАС РФ от 08.08.2013 N ВАС-9684/13 отказано в передаче дела N А76-11125/2012 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора данного постановления).

В Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.11.2015 N Ф08-8785/2015 по делу N А53-8291/2015 (оставлено в силе определением Верховного суда РФ от 25.03.2016 № 308-КГ16-991) суд пришёл к выводу о правильности исключения из состава расходов разницы между суммой процентов по кредиту и суммой процентов по займу, выданному за счет кредитных средств. Мотивом такого решения стал факт выдачи займа учредителю налогоплательщика. По мнению налоговых органов, поддержанному судом, такое льготное финансирование было направлено на скрытую выплату дивидендов под видом предоставления займа по низкой процентной ставке.

Рассматриваемая схема внутригруппового финансирования с использованием кредитных средств, выдаваемых взаимозависимому лицу по договору займа по льготной ставке, влечет за собой два дополнительных риска:

- риск переквалификации выданного займа в выплату дивидендов, что может повлечь за собой не только снятие процентов по кредиту из состава расходов займодавца, но и доначисление налога на прибыль с дивидендов, выплаченных под видом займа;

- риск доначисления российскому займодавцу налога на прибыль исходя из рыночного уровня процентов по льготному займу в случае, если сделка займа является контролируемой, т.е. заемщиком является иностранное лицо (пп. 7 п. 4 ст. 105.14 НК РФ; Письмо Минфина России от 23.03.2017 N 03-03-РЗ/16846).

Если организация предполагает использовать заемные средства для предоставления внутригруппового финансирования, безопаснее предоставлять такое финансирование на условиях, аналогичных условиям получения такого финансирования от внешнего кредитора (банка и т.п.). Минимальным ориентиром ставки внутригруппового финансирования может являться ключевая ставка ЦБ РФ, к которой применен коэффициент 0,75 (пп. 1 п. 1.2 ст. 269 НК РФ). При различии срока привлечения финансирования от банка и срока предоставления внутригруппового финансирования ориентиром рыночного уровня ставки внутригруппового финансирования будут публикуемые средние значения ставок межбанковского финансирования, например, MIACR-IG (среднемесячные фактические ставки по кредитам, предоставленным московскими банками российским банкам с высоким кредитным рейтингом), данные о которых размещаются на сайте ЦБ РФ.

ПРИМЕР

ООО «Компания» в марте 2017 г. заключила кредитный договор сроком на 3 года на пополнение оборотных средств на сумму 10 млн. руб. по ставке 15% годовых. Часть привлеченных средств (5 млн. руб.) ООО «Компания» перевела дочернему обществу ООО «Сказка» по договору займа, заключенному на срок 12 месяцев. В качестве процентной ставки была установлена действовавшая на дату предоставления займа средняя ставка MIACR-IG на 12 месяцев в размере 10,49%. Поскольку в данной ситуации соблюдена процедура «рыночности» при установлении цены внутригрупповой сделки, претензии налоговых органов сведены к минимуму.

Защитить внутригрупповую сделку поможет ее реальная деловая цель

Налоговые органы далеко не всегда пытаются пересчитать цены по сделке между связанными сторонами. Случается, что предметом их внимания выступает экономическая сущность сделки. В частности, рискованным в налоговом плане является договор возвратного лизинга.

Примером тому является дело, которое рассмотрел Арбитражный суд Поволжского округа (постановление от 07.12.2016 № Ф06-15525/2016). Компания «Гермес-транс» закупила большое число транспортных средств, которые затем перепродала взаимозависимой компании. Та, в свою очередь, заключила с лизинговой компанией договора купли-продажи и возвратного лизинга на данный транспорт, после чего передала технику обратно «Гермес-транс» по договору сублизинга.

Эта схема послужила причиной доначислений, которые «Гермес-транс» успешно оспорил в суде, доказав экономическую цель совершения сделки. Рассматриваемая схема позволила «Гермес-транс» погасить задолженность перед учредителем, выплачивать сублизинговые платежи без необходимости привлечения банковских кредитов с уплатой соответствующих процентов, сохранить штатную численность сотрудников, объемы перевозок, сэкономить на добровольном страховании транспортных средств (по условиям договора сублизинга бремя страхования лежало на лизингодателе).

Однако в Постановлении ФАС Уральского округа от 08.12.2016 г. по делу № А34-6036/2015 суд поддержал налоговые органы и отказал налогоплательщику в праве учесть для целей налогообложения лизинговые платежи. Суд счел, что заключение налогоплательщиком договора лизинга не имело реальной деловой цели, а носило формальный характер, направленный на получение необоснованной налоговой выгоды.

Аргументами выступили следующие факты: полученное в лизинг имущество было передано в аренду взаимозависимому лицу при том, что лизинговый платеж более чем в 2 раза превысил размер арендной платы; налогоплательщик не осуществлял никакой деятельности, кроме передачи в аренду полученного в лизинг имущества; арендатор, фактически использовавший имущество, применял УСН, т.е. не мог претендовать на вычеты НДС по лизинговым платежам, для чего в правоотношения сторон и была включен налогоплательщик арендодатель, применявший ОСНО.

Таким образом, для минимизации риска налоговых претензий при внутригрупповых сделках, которые повлекли за собой снижение налоговых обязательств компаний группы, нужно подготовить максимально подробные письменные доказательства наличия деловой цели подобной сделки: бизнес-планы, расчеты экономической эффективности спорной сделки, которая не должна основываться исключительно на налоговой выгоде, переписку с кредиторами, подтверждающую, к примеру, использование внутригрупповой сделки для реструктуризации расчетов с кредиторами, оптимизации структуры внешнего финансирования группы и т.п.

Риск тонкой капитализации распространяется и на «сестринские» компании

Начисленные по контролируемому займу проценты российский заемщик учитывает при налогообложении прибыли с учетом ограничений (п. 2 ст. 269 НК РФ). Согласно сложившейся судебной практике, заемщик не обязательно должен быть 100% «мамой» или «дочкой» по отношению к кредитору.

Займы от «сестринских» компаний также считаются контролируемыми для целей учета процентов при налогообложении прибыли. При этом под «сестринской» компанией в рассматриваемом случае понимается займодавец, не являющийся участником (акционером) заемщика, но являющийся лицом, аффилированным с иным лицом, являющимся участником (акционером) заемщика.

Об этом напомнил Верховный суд РФ в пункте 12 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 Налогового кодекса РФ, утвержденного Верховным судом РФ 16.02.2017 года. Таким образом, проценты по займу между российскими компаниями, не являющимися взаимозависимыми, могут быть переквалифицированы в дивиденды в случае, если компании будут признаны «сестринскими» (пп. 2 п. 2, п.п. 3 – 13 ст. 269 НК РФ).

ПРИМЕР

ООО «Компания», чистые активы которого отрицательные, получило заем от «сестринской» компании ООО «Восход» в размере 1 млрд. руб. В течение 2016 года ООО «Компания» ежемесячно начисляло и выплачивало в адрес займодавца проценты по займу по ставке 5% годовых. Общая сумма начисленных и выплаченных процентов, которые ООО «Компания» отразило в декларации по налогу на прибыль, составила 50 млн руб.

Поскольку данный заем признается контролируемым, а чистые активы ООО «Компания» в 2016 году отрицательные, налоговые органы могут оспорить расходы в размере 50 млн руб., доначислить ООО «Компания» налог на прибыль в сумме 10 млн руб., а также штраф и пени.

 
Ко всем публикациям

Задать вопрос

Клиенты о нас

Наши клиенты

Наверх